Опера «Парсифаль»

«Парсифаль» — грандиозная опера-мистерия Рихарда Вагнера, его «последняя

карта», итог его творческих, нравственных и религиозно-философских

поисков. Тридцать семь лет (больше половины жизни) понадобилось

композитору, прежде чем замысел оперы по средневековой поэме Вольфрама

фон Эшенбаха превратился в законченное творение, предложенное

восхищенной публике в 1882 году в Доме торжественных представлений —

собственном театре Вагнера в Байройте. «Парсифаль» — нечто большее, чем

опера, чем даже вагнеровская «музыкальная драма»: это «торжественная

сценическая мистерия», произведение на грани светского и религиозного

искусства. С самого начала оперу окружал ореол таинственности,

подогреваемый тридцатилетним запретом на ее исполнение где бы то ни

было, кроме Байройта, — во избежание профанации ее

религиозно-мистического содержания. Задача, которую ставил себе Вагнер в

«Парсифале», амбициозна даже для байройтского мастера: он стремился

создать совершенное «произведение искусства будущего» по принципу

синтеза, сливая воедино театр и храм, музыку и слово, мотивы

христианские и буддистские, сюжеты из далекого Средневековья и

актуальные проблемы человечества.
«Парсифаль» — история о том, как

один человек может спасти другого и тем самым спастись. Как из состояния

полного отчуждения и равнодушия к чужой жизни и чужой боли человек

может перейти в состояние тотальной эмпатии, когда чья-то боль

переживается словно своя и этим берется на себя. Как такая

сострадательность спасает из ловушки эгоизма и делает из простеца

мудреца.
«Парсифаль» всегда вызывал споры — и тем он интересен

сегодня. Снова и снова ломаются копья в дискуссиях о влиянии «Парсифаля»

на немецкий нацизм. Не утихают споры о том, в каких темпах он должен

звучать, составляются таблицы продолжительности разных интерпретаций,

насколько большим должен быть хор и насколько уместно изображение

церковных таинств на сцене. Вагнерианцы здесь всегда найдут о чем

поговорить с антивагнерианцами. По сей день появление «Парсифаля» на

любой афише в любой точке мира — это всегда экстраординарное событие; он

по силам только лучшим оперным труппам. Его музыка — не просто «зрелый»

вагнеровский стиль с бесконечной мелодией, оркестровой мощью и

гармониями, которые, как говорил Ницше, способны «завораживать спинной

мозг». Это новая и последняя вершина творческого пути Вагнера, когда

лейтмотивы не громоздятся так сильно, как в «Кольце нибелунга», когда

яснее оркестровое письмо и певцы могут не конкурировать с оркестром, а

наслаждаться взаимодействием с его инструментами.
В России

«Парсифаля» можно увидеть и услышать только в Мариинском театре. Его

поставили здесь впервые в 1997 году при участии английского

кинорежиссера Тони Палмера и в 2018-м — в обновленном виде — вернули на

сцену, пополнив мариинскую вагнериану одним из ключевых творений

великого композитора-мифотворца. Христина Батюшина

Возраст: 16+